Викиликс — История одной эмиграции.


Если читатель пожелает, он может считать эту историю  бессмысленной. Но она, возможно, может пролить какой-то свет на то, о чем стоит задуматься, как о реальных фактах.
Ана́фема

Только избавившись от страха, алчности, жадности ненависти, зависти, можно видеть то, что есть на самом деле и можно делать свой выбор,  совершая свои поступки. Контролировать свою жизнь, свое здоровье и не попадаться в рефлексивные ловушки. Пока люди не избавятся от  пороков,  они будут жить
в страхе и в страхе будут готовы на все, только  чтобы  остаться на «плаву», а система будет питать этот
страх, потому как,  благодаря ему, она и живет*.

Многие российские гомосексуалы и транссексуалы, столкнувшись с дискриминацией в России, надеются решить свои проблемы через эмиграцию в страны Западной Европы. Однако не все из них представляют, через что, возможно, придется им пройти, прежде чем обрести желаемую свободу в Евросоюзе.   „Письмо-откровение“ от транссексуала (по паспорту – мужчина), 29 лет, — которая в настоящее время пытается получить убежище в Германии. «Три года назад я покинула Россию.  Хочу вам рассказать свою историю, чтобы больше никто не пережил то, что пришлось пережить мне», — пишет транссексуал.
Побег в  Голландию
«Есть два рычага, которыми можно двигать людей: страх и личный интерес»
Наполеон Бонапарт

В марте 2004 года мне пришлось покинуть Россию из-за постоянных преследований. Перед отъездом смогла открыть только финскую визу, так как это было сделать легче всего. Добравшись автобусом из Москвы до Петербурга, я улетела в Хельсинки, а оттуда — в Амстердам. У меня была одна цель — просить об убежище в Голландии. Ничего не зная про Azul (убежище), пошла сдаваться в полицию. Однако там мне заявили, что Azul уже закрыт, поэтому езжайте на вокзал и покидайте нашу страну.  Полицейские практически проводили меня до вокзала. Мне ничего не оставалось, как уехать из Амстердама. Я села в поезд на Бельгию (денег хватило доехать только до Брюсселя). В центре города я нашла то самое большое стеклянное здание, где занимаются беженцами. Перед приёмным пунктом каждый день толпилась огромная очередь. Стоящие в ней люди меня шокировали. Ночевать приходилось в приюте для беженцев, условия там были ужасными, да ещё «постояльцы» из африканских и азиатских стран, которые смотрели на меня дикими глазами. Там я случайно познакоми лась с сирийцем, хорошо говорившим по-русски. Он понял, кто я есть, и отнёсся к этому абсолютно нормально. Потом он уговорил меня уехать из Бельгии в Германию, объяснив, что здесь на Азуле условия адские (это я уже видела и сама).  На следующий день мы с ним пошли просить деньги по церквям, собрали немного, но этого хватило доехать по льготным билетам до Кёльна. Здесь было намного спокойнее, чем в Брюсселе. Мы нашли корабль, где располагались беженцы, утром следующего дня нас повезли в приёмный пункт. Там мы сдали отпечатки пальцев.
Лагерь под Олденбургом

«Человека можно уничтожить,но его нельзя победить!»
Эрнэст
Хемингуэй
Потом было распределение беженцев по лагерям. Сирийца отправили в лагерь под Дюссельдорфом, а меня в лагерь под Олденбургом (в 4-х км. от города) на северо-западе Германии. Прибыв туда, я увидела колючую проволоку, а за ней много корпусов из красного кирпича. Это жуткое место больше походило на концлагерь. Через неделю, 26 марта, у меня была долгая беседа с чиновниками, занимающимися беженцами. В течение трёхчасового интервью меня спрашивали практически об одном и том же — как я попала в Германию. Я рассказывала всё в подробностях, сильно плакала. Рассказывала, что в России постоянно подвергалась преследованию, начиная со школьного возраста, когда учителя меня отправляли в разные психиатрические больницы, и заканчивая издевательствами в милиции. Последний год я боялась выйти из квартиры, обивку на входной двери всю изрезали ножом соседи, сожгли звонок, в замок пихали спички, а когда я выходила из подъезда, то из окон нередко летели в меня бутылки. В милиции вместо помощи, только смеялись и издевались. Москву я покинула инвалидом III группы, мне поставили диагноз «Посттравматическая энцефалопатия». У меня была два раза сотрясение мозга, перелом челюсти и многое другое. Всё это было записано на плёнку.
Изнасилование

Его талант был таким же естественным, как узор из пыльцы на  крыльях бабочки. Одно время он понимал это не больше, чем бабочка, и  не   заметил, как узор стерся и поблёк.  Позднее он понял, что крылья  его повреждены, и понял, как они устроены, и научился думать, но летать  больше не мог.                                    Эрнэст Хемингуэй

Громкий резонанс вызывала «шутка» исполнительного директора телерадиокомпании «Средненемецкое вещание» (MDR), близкого к ХСС выходца из Баварии Удо Райтера (Udo Reiter). Он разместил пост в Twitter, написав: «День немецкого единства в 2030 году:  Федеральный президент Мухаммед Мустафа призвал мусульман уважать права немецкого меньшинства». Как бы в продолжение этой темы Институт криминологии Нижней Саксонии представил результаты социологического исследования. Выяснилось, что большая часть правонарушений с применением насилия (23,5 процента) приходится на «очень религиозных» молодых людей мусульманского вероисповедания*.
После интервью в этот же вечер на меня было совершено нападение. Я жила в отдельной крошечной комнате. В комнату ворвался араб, он избил меня и изнасиловал. Я кричала на весь лагерь, но никто не пришёл на помощь. Сейчас это всё страшно вспоминать. Унизительно было, когда во время медэкспертизы меня раздели до гола в присутствии двух полицейских и фотографировали мои сильные ушибы. Меня даже отказались положить в больницу, мотивируя это тем, что я живу в лагере и у меня другие права, хотя я была в состоянии сильного шока и у меня кружилась голова. В лагере, узнав о нападении, мне дали самое хорошее местожительство, о котором другие беженцы, живущие в лагере годами, могли только мечтать. В это время мне стала помогать организация «Белое кольцо». Всех беженцев из бывшего Союза автоматически отправляли в другой лагерь. Говорили, что тот лагерь с ужасными условиями и такими же людьми, но оттуда уйти уже невозможно, если только обратно домой.  Меня направили в Ганновер, столицу земли Нижняя Саксония. Я оказалась в небольшом общежитие, условия были приличные, и люди совсем другие. У меня появилось право получить лечение по страховому полису в любой поликлинике или больнице. Здесь я начала получать социальное пособие.
Депортация
Германия не является страной иммигрантов. Интеграция означает жить не рядом, а вместе на основании  норм и ценностей, закрепленных в Основном законе, носительницей которых является  немецкая культура, вышедшая из Христианства, Гуманизма и   Просвещения**.
Через некоторое время мне пришел ответ из Федерального управления по делам беженцев Олденбурга, где было сказано, что согласно дублинской конвенции я должна была быть депортирована в Финляндию. Для меня это было ударом. Я сообщила, что у меня должен быть суд по делу о моём изнасиловании. В быстром порядке меня пригласили на суд, где я уже оказалась свидетелем, а через несколько дней, 26 июля, меня депортировали в Финляндию. Я так и не узнала, чем закончился суд.
Самое страшное, что пришлось всё начинать заново. Два дня я пробыла в Хельсинкском аэропорту, потом меня отправили в переселенческий лагерь в Хельсинки, затем в город Каяне, и снова интервью, и снова переселение в другой лагерь, что вблизи российской границы и в 20-ти км. от города Ёнсуу. Там я прожила месяц в подавленном состоянии. В этом лагере были в основном мужчины-мусульмане, цыгане, африканцы. Приходилось мыться в мужском душе с общими кабинами. Беженцы морально издевались надо мной, психологически было трудно это терпеть. На просьбу предоставить отдельную квартиру служащий мне ответил отказом, сказав, что в квартиры заселяют только семейные пары, притом добавив, что сексуальная ориентация не является поводом просить убежище. Через несколько дней мне пришёл совершенно необоснованный отказ без права обжалования в суде. Всех русских после отказа полиция увозила на российскую границу и передавала финским пограничникам. Я была вынуждена бежать в Данию. В Копенгагене я сдалась в полицию. После двух дней, проведённых в тюрьме, меня отправили в лагерь для беженцев «Sandholm», который финансировал «Красный крест». Через месяц полицейские сообщили, что через три дня меня отправят обратно в Финляндию. Проглотив несколько таблеток, выписанных врачом в качестве успокоительного, я потеряла сознание, очнулась в больнице. Врачи отправили меня в психиатрическую больницу. Здесь были хорошие условия, и можно было даже выходить на улицу. Мне было приятнее находиться среди больных датчан, чем среди криминальных элементов в лагере. Через месяц меня чуть ли не силой — в одном халате и тапочках — увезли в лагерь. Это было в декабре, перед Рождеством. В лагере меня снова предупредили, что по истечению двух дней меня депортируют в Финляндию. Собрав немного денег, я сбежала в Швецию. Сдалась в городе Мальмо. Из Мальмо получила трансферт на самый север в Шведскую Лапландию (недалеко от городка Ёкмок, что возле полярного круга). Там я жила в маленьком домике в деревне. Было очень спокойно. Впервые я увидела северное сияние и оленей.
Через три с половиной месяца  мне пришли бумаги из миграционного управления, где было сказано, что меня должны депортировать обратно в Финляндию…
Анархия
Жрет нас система безжалостно, ест каждого из нас  изнутрии Разве это жизнь, когда ты живешь, что бы есть и
лечится. Люди даже не задумываются об этом . Но мы не понимаем этого, живем как крысы, которые даже и не
подозревают, что живут. Мы думаем, что делаем свой выбор сами, даже не подозревая, что только лишь бежим за
сыром, повинуясь своим условным  рефлексам. Условные рефлексы, вот что такое современный  «человек».
Условные рефлексы, зная которые и имея доступ к «рычагам», можно делать с массами все, что угодно***.

Почти двое суток я разным транспортом добиралась до Гамбурга. Сдалась в тот же лагерь в Олденбурге, где уже была в марте 2005 (прошёл ровно год). Через три дня меня привезли в общежитие в Ганновере, где я тоже уже жила. Здесь я узнала, что моего насильника суд приговорил лишь к двадцати месяцам условно по причине того, что он, взрослый мужик, был якобы несовершеннолетним. Дело в том, что почти все беженцы сдаются без документов.
Через месяц после майских событий в Москве я написала обращение в Бундесамт (управление по делам беженцев) с просьбой проявить ко мне гуманность. Ещё через месяц, 27 июля, я получила отказ, в котором были написано: «транссексуальность как и гомосексуальность в России наказанию не подлежат. Российские власти способны и хотят действовать против таких проявлений  (против преследования и дискриминации). Вы можете жить со своими склонностями в больших городах и соответствующих кругах в достаточной степени безопасности». И это мне написали после того, как вся Европа по телевизору видела гей-погромы в Москве 27 мая. В Финляндию меня не отправили, дали право обжаловать в суде отказ (может быть, в этом они проявили ко мне гуманность?).
1 августа 2006 года я подала протест в Административный суд Ганновера, а в декабре мой адвокат написала более подробное обоснование. Два месяца назад в Ганновере я получила отдельную квартиру по состоянию здоровья****.

Источник: lgbtnet.ru

* http://minenkos.blogspot.com/2011/04/blog-post_7222.html
**http://lenta.ru/articles/2010/10/19/integration/
***http://minenkos.blogspot.com/2011/04/blog-post_7222.html
****http://www.gayclub.ru/treatment/article.php?ID=2909

P.S.
Дай человеку надежду  и он свернет для тебя горы! Чтобы жить в мире с собой, нужно радоваться жизни, нужно быть свободным человеком, нужно иметь смысл жизни, который будет окрылять тебя и давать сил на свершение великих дел.
Осмелься жить
«Когда власть любви превзойдет любовь к власти, настанет мир на земле»
Джимми Хендрикс

Нужно отбросить страх и ЖИТЬ. Жить своими мотивами, своими делами и своими поступками. Люди, которые отказались от себя, отказались ото всех, от жизни вообще. Они струсили идти своим путем. И не важно какая твоя сексуальная ориентация, твое вероисповедание и какой слой общества ты занимаешь, каждый имеет право быть счастливым!

Nfavorsky


Verfasst von:
Maria Stroiakovskaya




Комментариев пока нет ... Будьте первым, кто оставить свой ответ!