Ганзеаты

Традиции Гамбурга


Так именовали раньше всех граждан ганзейских городов, прежде всего — Гамбурга, Бремена и Любека. К ХХ веку это название сохранилось только за представителями их торговой и административной элиты.

Ганзеат Штирлиц

Ганзеаты наживали огромные состояния и управляли своими городами фактически в течение всего времени их существования. Они формировали купеческую аристократию, элиту города: полные гордости, не без высокомерия и спеси, с хорошо развитым общественным сознанием, которое, правда, имело одну своеобразную направленность: «Что полезно мне, то нужно городу».

Раньше они посылали в рейсы суда-когге, опутывали Европу сетью своих торговых контор, создали Ганзу – союз торговых городов, превосходивший своей экономической, а если надо, то и военной силой могущественные европейские государства. Ганзеаты не потеряли своего влияния и сегодня. Теперь они посылают через океаны контейнеровозы, ведут международную торговлю, определяют политику родных городов и спонсируют их культурную жизнь.

Ганзеат сделан из особого материала. Торговая жизнь заставила ценить людей основательных, опытных, с самообладанием. С этим северогерманским типом нас уже познакомил, правда, в несколько карикатурной форме Юлиан Семенов в «Семнадцати мгновениях весны». Помните? «Характер выдержанный, нордический». Штирлиц/Тихонов играл ганзеата.

Quiddje, стоп!

Чтобы стать признанным ганзеатом, надо было обязательно родиться в ганзейском городе и иметь за спиной несколько поколений предков, тоже рожденных в этом городе. Все остальные были чужаками – Quiddje. – квиддье. Так называли на Эльбе тех, кто приехал в Гамбург из других мест и хочет стать гамбуржцем, но коренными жителями не признан. Как правило, квиддье имел южный акцент, или говорил правильно, но происходил из Любека или – еще хуже – из Бремена. Про родившегося в Верхней Силезии бургомистра Герберта Вайхмана говорили за спиной: «Этот квиддье из Силезии» — даже когда он удостоился в 1971 году звания почетного гражданина города.

В 1897 году для защиты от внешних влияний, которое приносили с собой приезжие, было основано Общество урожденных гамбуржцев – Verein geborener Hamburger. Его членами  могли стать только мужчины, родившиеся в границах старого города – (нынешние Старый и Новый город – Сити). Несколько ну очень видных квиддье было принято как исключение: Макс Брауер (родился в Оттензене, ныне – район Гамбурга,10 лет был бургомистром,), Аксель Шпрингер (родился в Альтоне – ныне район Гамбурга, газетный магнат), тот же Герберт Вайхман. 

Наше поле – весь мир

О ганзеатах говорили (и говорят), что они больше обращены к морю, к заморским странам, чем к самой Германии. Welteröffnet  – «открытый миру» или «человек мира» — одно из качеств ганзеатов. Многие из них в XIX веке знали каждый город на Миссисипи и бывали десятки раз в Лондоне, но ни разу – в Берлине. Некоторые ганзеаты переняли у сефардов обычай находить себе за морем жен. Поэтому заморская поездка у них превращалась в путешествие от кузена к свояку и дальше к другому кузену – их деловым партнерам.

А вот что говорит о нынешних ганзеатах владелец пароходства Николаус Шуес (Nikolaus Schües, его контора  (Trostbrücke 1) — как раз там, где возникла четыре века назад первая в Германии биржа) : «Как и прежде, после учения будущий торговец (Kaufmann) едет за границу: в Англию, Америку, но это может быть и  Южная Америка и, конечно, Дальний Восток. Он знакомится с миром. Надо получить о нем самые широкие представления, чтобы принимать масштабные решения». А управляющий делами нашей Торговой палаты  Ганс-Йорг Шмидт-Тренц отмечает: «Они знают Сингапур и Гонконг лучше, чем Германию». Экс-канцлер, знаменитый гамбуржец, живая ганзеатская легенда Гельмут Шмидт, несмотря на свои «за 90», путешествовал по всему свету до последнего времени.

Альберт Баллин, глава крупнейшего в мире пароходства «Гамбург-Америка», говорил: «Mein Feld ist die Welt» («Поле моей деятельности – весь мир»). Это – лозунг мегаполиса на Эльбе. «Гамбург… желает быть мирным посредником между отдельными частями Земли и народами», — записано  — без лишней скромности — в конституции города 1952 года.

Торговый дух и мораль

My word is my bond. «Мое слово – это мой чек», что значит — вместо письменного договора ударить по рукам. Николаус Шуес: «Мы и сейчас все дела делаем по телефону. Один раз обманешь – тебе конец. Обоюдное уважение и обоюдное доверие – это по-ганзейски». Крайностей они не терпели и порицали необузданную жажду наживы и даже склонность к спекуляциям. Вот часто цитируемый девиз ганзеатов, приведенный Томасом Манном: «Мой сын, занимайся днем делами в свое удовольствие, но так, чтобы ночью мы могли спать спокойно».

Не случайно беспокоился старый ганзеат. Потому что издевательский анекдот, который ходит до сих пор, возник не на пустом месте: «Любой купец готов продать свою бабку. А ганзеат, гамбуржец, еще и доставит ее покупателю». Общественное мнение порицало рвачество. «Кто пренебрегает моралью, тот не может стать почетным кауфманом», — считает Роберт Экельман, наш современник, гамбургский предприниматель в пятом поколении.

 

Свобода и гордость

Если говорят о свойствах характера гамбуржцев, то не в последнюю очередь отмечают их гордость. Они гордились своей свободной жизнью в свободном городе и ставили на первое место не отечество-страну (Vaterland), а отечество-город (Vaterstadt). Не случайно именно ценность свободы провозглашает девиз города, выбитый по латыни золотыми буквами над главным порталом Ратуши: «Свободу, добытую предками, с честью хранят потомки». Этот призыв столетиями  был лозунгом городских выборов, и еще в 1676 году украшал Deichtor. В конце XVIII века поэт и композитор Christian Schubart писал: «Посетите королевский двор и вы увидите людей, раздавленных рабством. А потом поезжайте в Швейцарию и Гамбург, чтобы понять, что дает людям свобода».

Считалось, что гражданство Гамбурга, ганзейских городов, дает равный или даже более высокий статус, чем аристократический титул. Это положение было причиной многочисленных скандалов. Городские хроники полны такими историями, из которых наиболее яркой можно считать волнения, начавшиеся с конфликта между горожанином Хайно Брандом (Heino Brand) и герцогом Иоганном Саксонским. Герцог не хотел отдавать Бранду денежный долг, за что тот принародно обругал его, герцога! Городской Совет из дипломатических соображений встал на сторону Его Высочества. Начавшиеся волнения привели не больше и не меньше, как к появлению Первого (1410 год) Гамбургского билля о правах, прототипа нашей конституции. А в честь Бранда назвали улицу – Brandstwiete. 

Образ жизни

Жили ганзеаты, конечно, в своих домах. Чужакам строиться в Гамбурге  запрещалось. Известному в Европе врачу, сефарду Родриго де Кастро, спасшему в конце ХVI века наш город  от чумы, разрешили построить дом в порядке большого исключения.

Богатые семьи имели достаточно прислуги: работницы по дому – на все руки мастерицы, гувернантка, садовник, кучер и кухарка. По утрам приходили «Morgenmänner» — истопник, уборщик снега, чистильщик сапог, парикмахер. Раз в неделю наносил визит часовщик. Служанки были членами семьи. Их общественный статус был довольно высок, почти как у их хозяев.

Известны отдельные примеры совершенно безумной роскоши. До сих пор о расточительстве говорят как о «жизни Пэриша» («pärrisch Leben»). Джон Пэриш (John Parish 1742-1829), спустил часть своего огромного состояния на многочисленные банкеты.

Но чаще жили скромно. А многие очень богатые люди – совсем скромно. Даже (и особенно) в мелочах не позволяли себе излишеств. Рассказывают, что небедные ганзеаты выскакивали из трамвая перед новой тарифной зоной и шли пешком, чтобы сэкономить 5 пфеннигов. Эти «транжиры» занашивали свои пиджаки и плащи до того, что те почти уже не держались на теле. Известен анекдот: когда вы видите где-нибудь в Лос-Анджелесе шикарно одетых людей в дорогой машине, то это вовсе не обязательно богачи. А если в гамбургской «кнайпе» рядом с вами попивает пивко человек, одетый в джинсы и курточку, то он вполне может быть крутым миллионером. Современный ганзеатский Корейко, владеющий в Испании кварталами многоэтажек, высаживает живую изгородь перед своим  одноэтажным гамбургским домом, чтобы с улицы ничего не было видно. Зато в закрытом дворе есть все, включая 25-метровую водную дорожку с подогревом. Почти все сделано собственными руками из материалов, полученных бесплатно как торговые образцы.

До встречи в следующем номере, дорогие читатели!

 

Текст: Юрий Одессер


Verfasst von:
Maria Stroiakovskaya




1 ответ к “Ганзеаты”

  1. Интереснейшая статья — глубокая, умная, написанная с большим уважением к «ганзеатам» — удивительному типу людей-честных, умелых и гордых.Интересно и с юмором рассказано о современных богатых ганзеатах, живущих «скромно, а иногда — совсем скромно» Советую обязательно прочесть статью