Говорит президент гамбургской полиции

Интервью номера


Текст: Максим Науменко
Фото: Михаэль Король

Интервью нашего августовского номера — это подведение итогов событий, разразившихся в Гамбурге в первой декаде июля. Мы уже рассказали тебе, читатель, что и как было, поговорили о том, кто виноват, и что делать, чтобы избежать повторения таких ситуаций в будущем. А точки над «и» в беседе с корреспондентами трех гамбургских изданий (включая наш журнал) расставил главный полицейский Гамбурга — президент нашей полиции Ральф Мартин Майер (Ralf Martin Meyer). Не уклонясь ни от одного из вопросов, шеф всех «ментов» в очередной раз подтвердил свое реноме человека твердого, волевого, умного и бескомпромиссного в своих решениях.
— Господин Майер, за дни, прошедшие после окончания съезда «Больщой двадцатки», у вас не возникло мысли об отставке?
— Нет. Я думаю, что это — самое неверное решение, котрое может принять человек в подобной ситуации. Кстати говоря, я считаю абсолютно дебильными дискуссии об отставке мэра города. Мы должны детально проработать все моменты нашей работы в период саммита, понять, где ошиблись, а не прятаться дома на диване, предоставив решение этих проблем другим людям.
IMG_8908 Как вы оцените действия полиции в ситуации, сложившейся в городе в начале июля, по шкале от одного до десяти?
— Несмотря на вашу настойчивость, я все же отвечу так (улыбается): многое нам удалось сделать, но были и проблемы, с которыми мы справились не в полной мере.
— Была ли безопасность участников саммита G20 приоритетнее, чем обеспечение защиты мирных горожан?
— Это дичайшее вранье. Тогда произошло совершенно неожиданное стечение обстоятельств.
— Вы уверены, что ваши подопечные и приглашенные сотрудники достойно выполнили свою работу. Можете привести пример того, что можно зачесть полиции в плюс?
— Конечно. Например, период до собственно начала съезда. В это время практически не случилось эксцессов, и всего двоих человек задержали за мелкое хулиганство. Затем пресса и социальные сети распространили заявления экстремистских организаций: «Мы будем останавливать кортежи политиков», «Мы организуем на них нападения», «Мы огнем выжжем эту заразу». Каково? Тем не менее, ничего из перечисленного не произошло. И во время самого съезда тоже. Можно также сказать и о многих районах города, в которых вообще все прошло спокойно.
— Тогда что же, по вашему мнению, пошло не по плану?
— Каждый может сказать, что мы не противостояли организованным хулиганам в полной мере. Но тут нужно уточнить — полиция не готовилась к чему-либо конкретному, мы прорабатывали разные сценарии. Среди них был такой — группировки радикалов будут прорываться через закрытые зоны с целью блокировать движение любого наземного транспорта. Было трудно предусмотреть, что уже в пути следования они будут разделяться на малочисленные группы, часть которых займется разбоем, постоянно меняя дислокацию и внешний вид при помощи маскировок и переодеваний. Есть в этом что-то общее с партизанской войной — очень сложно бороться с противником, когда действуешь практически вслепую.
— Между тем, полицию обвиняют в слишком жестком обращении с демонстрантами. По нашим данным, таких заявлений подано уже 35. Ваши подчиненные ведь действовали в рамках приказа? Или все же позволили себе «самодеятельность»?
— Количество случаев превышения полномочий служащими полиции ничтожно мало по сравнению с тем, что позволяли себе в эти дни граждане протестующие. Я напомню, что никто из принимавших участие в демонстрациях не оказался на больничной койке — в отличие от моих сотрудников. Причем троих из них пришлось положить в палаты интенсивной терапии. Тем не менее, мы тщательно рассмотрим все поданные заявления и обязательно проведем внутреннее расследование. Если полицейский окажется виновным — будет наказан.
— После завершения саммита последовали обвинения берлинских стражей порядка в адрес руководства полиции Гамбурга. Основная причина недовольства — отсутствие должной коммуникации между сотрудниками. Кстати, из подконтрольного вам ведомства тоже прозвучала критика — вроде как управление потеряло контроль над происходящим.
— Подобные комментарии вообще не редкость. Тот, кто ни за что не отвечает, всегда знает все лучше всех. Лично мне было бы приятнее, если бы представители «Черного блока» после демонстрации под названием «Добро пожаловать в ад» не смогли сбежать от нас через портовую стену. Среди них наверняка были те, которые несколькими часами позже чуть было не подняли на воздух большую часть Альтоны.
Окажись они у нас в руках раньше — возможно, такого бы не произошло. Но мы не смогли их остановить, поскольку даже среди тех, кто участия в сборище не принимал, нашлись люди, в буквальном смысле слова протянувшие руку помощи настоящим бандитам. Теперь спрашивается — что должны были делать мы? Стрелять на поражение? На этот вопрос не ответите ни вы, ни те, кого я называю «матросами на палубе второго класса». После шторма они всегда говорят, что могли бы сделать все гораздо лучше вас.

— Эта критика исходила, собственно, от непосредственных участников событий со стороны полиции…

— И среди них встречаются подобные «хитро сделанные». Это которые «и нашим, и вашим»… Но я лично не знаю таких, кто оценил происшествие именно так.

— Вы обратились к «Черному блоку» с приказом остановиться как раз перед тем, как началась первая эскалация конфликта. Было ли ошибкой останавливать шествие именно тогда?

— Тактически место (набережная в порту) было выбрано правильно. Нам стало понятно, что организаторы акции не контролируют действия радикального «Черного блока». Наше управление не раз и не два предупреждало — маскировка лиц запрещена. Люди скрывают свои лица лишь тогда, когда собираются устроить разбой и акты вандализма. Пропустить их дальше, уже через жилые дома, расположенные рядом, значило бы подвергать неоправданному риску мирных жителей. Именно поэтому я отдал приказ остановить шествие.

Шедшие впереди активисты сняли черные платки с лиц. Почему их не пропустили дальше?

— Потому, что задние ряды замаскированных молодых людей не последовали их примеру.

IMG_8907

Хотели ли вы показать этим поступком, что городские власти не пойдут ни на какие компромиссы с демонстрантами подобного рода?
— Нет-нет, сами эти граждане еще в преддверии саммита устроили множественные провокации в адрес полиции. «Полиция запрещает собираться группами больше пяти человек», «Полиция думает о введении запретных для демонстраций зон» и тому подобный бред. На самом деле, наши действия были направлены на конкретные категории «протестантов».
Дальнейшие события показали, что мы были более чем правы, настаивая на запрещении специальных «мест отдыха» для демонстрантов. Понятно было, что эти места будут использоваться для дальнейшей мобилизации и координации действий групп вандалов. Нашей же целью было обеспечение безопасности мирных демонстраций — ведь ничего общего между ними и «Черным блоком» нет.

Утром в пятницу, 7 июля, люди в масках атаковали Альтону и забросали улицы горючей смесью, подожгли несколько десятков машин, добрались до торговых улиц, подожгли «Икею». Рядом не было НИ ОДНОГО полицейского. Сложно представить себе бОльшую потерю контроля над ситуацией.

— Еще раз — пятница была днем объявленной заранее блокады места саммита в центре города. То, что группы хулиганов уже на пути туда начнут громить улицы и портить имущество людей, стало неприятным сюрпризом. Нападения маленьких групп, члены которых постоянно переодевались из обычной одежды в черную спортивную форму и даже в военный камуфляж, стали для нас практически нерешаемой проблемой. Остановить нападавших способами, доступными нам, было невозможно. Мы должны подумать, как быть с преступниками такого рода в будущем. Возможно, поможет использование специальной маркировки, созданной искусственным образом на основе ДНК.

И как это будет выглядеть?

— Примерно следующим образом — преступнику наносят на какую-либо часть тела специальный спрей. Если он позже, уже в другой одежде и в другом месте, снова попадется на противозаконных действиях, полиция быстро сможет его идентифицировать. Я уверен, что бандиты, громившие районы города во время G20, действовали в разных местах без риска быть узнанными.

— В тот же день вечером в руках вандалов оказался уже Sternschanze. Несколько часов они вытворяли там, что хотели. Почему полиция не вмешалась раньше?

— Когда полетели первые «файеры», командир подразделения полиции, ответственного за обеспечение безопасности этого района, господин Хартмут Дудде приказал отряду переместиться на площадь Schulterblatt. Но в его состав входили полицейские из других чатей страны и даже из других стран. Они сказали, что там есть реальная угроза для жизни сотрудников.
Поступили сведения, что полицейских атакуют с крыш близлежащих домов, швыряя оттуда «коктейли молотова» и стреляя сигнальными ракетами. Таким образом, была опасность попасть в засаду — и сначала отряду спецназа нужно было убрать с крыш этих негодяев. Все это, естественно, заняло время.

Вооруженное подразделение добиралось до места довольно долго.

— Это потому, что подобное подразделение вообще не было предусмотрено для саммита «Большой двадцатки». Нам нужно было время, чтобы организовать по-военному вооруженный отряд.

Считаете ли вы бескомпромиссную «гамбургскую линию» правильной после всего того, что произошло?

— Да нет никакой «линии». Это болтовня тех, кто после драки машет кулаками. Тех, кто пытается сгладить впечатление жителей города от действий личностей, которых они созвали и спонсировали! Наверняка сами не ожидали подобного эффекта.

На ваш взгляд, был ли Гамбург верным выбором для проведения саммита?

— Это был отличный опыт. Я не буду категорически утверждать, что больше не стоит проводить такие сборища в Гамбурге, и вообще в большом городе. Но нужно сделать правильные выводы. Лично я увидел в июльских событиях и светлые стороны — не только покрытые мраком и черными платками.

За помощь в подготовке и проведении интервью благодарим сотрудников газеты «Hamburger Abendblatt“ Анну Терниден и Флориана Гудерманна.


Verfasst von:
Maria Stroiakovskaya




Комментариев пока нет ... Будьте первым, кто оставить свой ответ!