Гамбург — Штурм, без которого обошлись


Текст: Андрей Нелидов

Май сорок пятого

Судьбу крепостей и великих сражений обычно решают многотысячные армии. А вот судьбу Гамбурга во Второй мировой войне фактически определили всего три человека. Благодаря им город был сдан союзникам без боя. Напомним, как это было.
К весне 1945 года война на территории Германии уже подходила к своему логическому завершению. Хотя до штурма Берлина оставалось еще больше месяца, и мало кто брал на себя смелость прогнозировать, сколько еще продлятся боевые действия, ощущение близкого конца Третьего рейха буквально витало в воздухе. Тем временем ставка фюрера предпринимала отчаянные попытки спасти положение любой ценой.

«Прозрение» гауляйтера
19 марта Адольф Гитлер разослал в войска и партийному руководству на местах приказ, грозивший противнику «тактикой выжженной земли». Он обязывал командование вермахта и местные власти уничтожать на территории рейха военную, промышленную и хозяйственную инфраструктуру, а также все ценное имущество, которое могло достаться врагу.
Забегая вперед, отметим, что это грозное распоряжение фактически так и осталось невыполненным – и не в последнюю очередь из-за того, что командиры и местные власти, по сути, саботировали фанатичный и самоубийственный для немецкого народа приказ фюрера.
Гауляйтер Гамбурга (глава местной организации NSDAP), обергруппенфюрер СС Карл Кауфман был убежденным нацистом, но к весне 1945-го как-то очень «своевременно» осознал всю бесперспективность дальнейших боевых действий против союзников.
Вполне возможно, что точка зрения гауляйтера была бы иной, если бы к городу приближались части Красной Армии, а не британские войска. Тем не менее, в разговорах с другими представителями местного руководства Кауфман открыто признавал, что оборонять Гамбург при таком положении на фронтах он считает бессмысленным делом.
В начале апреля гауляйтер посетил рейхсканцелярию, чтобы, по его собственным словам, прозондировать возможность мирной сдачи Гамбурга союзникам. Но Гитлер был настроен решительно, а верховное командование вермахта пригрозило всем комендантам гарнизонов, что они будут расстреляны, если не выполнят воинский долг и попытаются капитулировать без боя.
Кауфман вернулся из Берлина ни с чем. О том, как события в Гамбурге развивались дальше, подробно рассказано в книге «Город, который должен был жить» (Die Stadt, die leben sollte), написанной Уве Банзеном и Керстин фон Штюрмер.

Нежданный визит
Вечером 28 апреля в дверь дома на улице Woldsenweg в Эппендорфе, где жил признанный специалист по международному праву, университетский профессор Рудольф фон Лаун, кто-то позвонил. Неожиданным визитером оказался Герман Бурхард, до войны – известный педиатр, профессор медицины. Теперь он служил военврачом в дивизии фольксштурма в Харбурге. Как позже выяснилось, ему срочно требовался юридический совет — Бурхард хотел знать основные обязанности и права парламентера.
Он был намерен пойти к англичанам и попросить их не вести артиллерийский огонь по заводоуправлению предприятия Phoenix, в подвале которого теперь находился дивизионный госпиталь. Военврач надеялся на понимание со стороны противника, поскольку в лазарете находилось несколько британских военнопленных.
Невольным свидетелем разговора стал сын фон Лауна – Отто, гостивший у родителей лейтенант вермахта. Бурхард серьезно рисковал, излагая при нем свой план, поскольку не знал, как тот на него отреагирует. Офицер лишь несколько дней назад был переведен в Гамбург под начало коменданта гарнизона. Но реакция Отто фон Лауна удивила профессора — лейтенант не только не осудил его, но даже вызвался пойти вместе с ним в качестве переводчика, поскольку говорил по-английски. Более того, он умудрился получить негласное разрешение на свою миссию от коменданта гарнизона генерал-майора Альвина Вольца, который даже снабдил парламентеров соответствующими удостоверениями. Уже один этот факт говорит о том, насколько реальная ситуация на местах отличалась от пораженной слепым фанатизмом атмосферы берлинской рейхсканцелярии.

Ранним воскресным утром 29 апреля Герман Бурхард и Отто фон Лаун сели в машину возле штаба комендатуры на Rothenbaumchaussee. В Харбурге к ним присоединился директор завода Phoenix Альберт Шефер, который намеревался подтвердить англичанам, что его предприятие больше не производит продукции военного назначения. Затем они двинулись дальше на юг, в район Аппельбюттеля.
В конце концов парламентеры оказались на том участке линии фронта, который занимала так называемая боевая группа Panzerteufel – учебно-резервный батальон 12-й танковой дивизии СС Hitlerjugend. Гамбуржцы встретились с его командиром. Хотя тот был не восторге от их затеи, но в конце концов разрешил подчиненным провести парламентеров через позиции батальона и доставить их в нейтральную зону между боевыми порядками немцев и англичан.

Переговоры
Гамбургская троица медленно двигалась по шоссе, которое нам сегодня известно как В75. Отто фон Лаун нес большой белый флаг, сделанный из обычной простыни. Тем не менее, однажды их обстреляли, но все обошлось без последствий. Чуть позже парламентеров окружила группа британских солдат, неожиданно вынырнувших из подлеска с оружием наперевес.
«Томми» с гостями не слишком церемонились, обращаясь с ними, как с военнопленными. У лейтенанта фон Лауна сразу отобрали пистолет, всем завязали глаза и отвезли их на грузовике в штаб части, где по отдельности допросили. Это было, кстати, у западной границы поселка Тётензен, где сейчас живет Дитер Болен.
Отто фон Лаун потребовал объяснить, почему в них стреляли, хотя белый флаг был хорошо виден. Англичане ответили, что как раз накануне разведгруппа немцев воспользовалась белым флагом, чтобы ввести их в заблуждение, и они решили, что противник пытается повторить этот ход. Когда ситуация более или менее прояснилась, начались переговоры. Никто из их участников не мог тогда и предположить, что добровольная миссия парламентеров не ограничится частным вопросом о госпитале в Харбурге, а сможет решить судьбу всего города.
Поначалу гамбургская тройка упала духом — англичане отклонили их просьбу не обстреливать расположение госпиталя, сославшись на то, что немцы сами не слишком разборчивы в выборе целей. Атмосфера переговоров изменилась, когда Отто фон Лаун передал британскому офицеру привезенные предусмотрительным Германом Бурхардом письма трех военнопленных, лежавших в его лазарете.
Послания были адресованы родителям британских солдат и фактически подтверждали, что их сыновья живы. После этого парламентерам снова завязали глаза и опять куда-то повезли. Только под вечер их накормили в каком-то доме, похожем на небольшой отель с рестораном. На обратной стороне тарелки Бурхард прочел его название: Hoheluft.

Профессор № 3

Их следующим партнером по переговорам стал знавший немецкий язык британский капитан Томас Мартин Линдси. По иронии судьбы он, до войны преподававший музыку в Оксфорде, оказался уже третьим профессором в этой истории. И, судя по всему, Линдси был не просто армейским капитаном. Вопрос о прекращении обстрелов госпиталя был в итоге улажен, но немцы поняли, что у англичан было на уме еще что-то. Их капитан поговорил с каждым из парламентеров с глазу на глаз, попытавшись выяснить, как немецкая сторона смотрит на возможность капитуляции города.
Для фон Лауна и Бурхарда этот вопрос был неожиданным: они не знали, какую позицию занимает командование, и не хотели брать на себя ответственность. Зато с Шефером Линдси повезло: директор завода уже знал точку зрения гауляйтера Кауфмана, который, как мы помним, Гамбург оборонять не собирался. Шефер согласился доставить коменданту гарнизона Альвину Вольцу два письма от британского командования. Поначалу это решение не нашло поддержки у других парламентеров: Бурхард обвинял Шефера в том, что тот недопустимо расширил пределы компетенции их ограниченной и весьма конкретной миссии. Дисциплинированный военврач видел в этом как минимум серьезный проступок, но уже через несколько дней предпринятый директором завода шаг обернулся благом для всего Гамбурга.
Утром 30 апреля англичане позволили Шеферу вернуться в город. Когда он переходил линию фронта, под стельками его ботинок лежали письма на имя коменданта гамбургского гарнизона генерал-майора Вольца. В одном британское командование призывало его сдать город, в другом предлагало перемирие на 48 часов для ведения соответствующих переговоров о капитуляции. В итоге оба эти предложения были приняты немецкой стороной.
Так три обычных человека, далеких от высших эшелонов власти, спасли Гамбург от новых разрушений, которые грозили бы ему в случае штурма. Тысячи его жителей, а также немецких и английских солдат избежали возможной смерти или ранений. 3 мая в город без боя вошли части 7-й британской танковой дивизии, и в истории Гамбурга открылась новая – мирная — страница.


Verfasst von:
Maria Stroiakovskaya




Комментариев пока нет ... Будьте первым, кто оставить свой ответ!