Рассказ..


Я им говорю, Семену надо каждый вечер ноги мыть и воду эту пить. И делать это пока Семен не умрет. А они смеются. А что, я не права? Хорошо, что Семен еврей. Хоть один умный человек в семье. Как только начали немцы в посольстве анкеты раздавать, так Семен сразу смекнул, что надо делать. Племянница двоюродной сестры у Семена кто? Правильно – Золотой Человек. Та, что в синагоге печати ставит. Секретарша. Я уж не знаю. Дали ей или нет, да и сколько. Знаю, что Светка, дочь моя, стала в одночасье еврейкой, а я, ее мать, автоматом тоже. Вот нам бабам хорошо. Жаль, что Семен мужик, а не баба. Жена Лена – русская, Семен еврей, кто Илья? Русский. А кто на скрипочке играет, как Паганини? У кого волосы курчавые и нос крючком? Правильно, у Ильи, мужа моей дочери. Кто из нас русский, Илья или я? Но уж у них такие законы, по матери еврейство передается. Вот мне и пришлось взять это на себя. А Семен все обстряпал. Теперь и Людка, и Захар – все сюда переехали. И живем мы одной большой семьей. Учимся у брата еврея. Все на социале, как положено. Немецкий, конечно, выучили. Ха, да и нафига он мне нужен? Если и скажу два слова по-немецки – Данке да Битте, так я это и раньше знала. С кем мне разговаривать-то по-немецки в Германии? Не знаю. Вся моя семья живет у меня, как в Подольске, в одной квартире. Светка с Ильей и Левушкой, конечно, отдельно, а мы вместе. Две квартиры сдаем. Тысяча марок на дороге не валяется. У Захара, тем более, машина каждый месяц пятьсот марок съедает, а без машины никуда, ни в Совке, а тем более, в Бундесе. В воскресенье на Рыбный рынок за помидорами перезревшими, что по две копейки ящик. На всю неделю борщ да аджика. В понедельник рано поутру в Бланкенезе* за мешками со шмотками, что богатеи выставляют для Красного Креста, потом их потрошить. Шмотки хорошие, шубы, дубленки, кожа – в Совок. Тут нам опять же Красный Крест поможет. Так и живем. Тут мне одна дамочка намедни говорит: “Как тебе только не стыдно так жить?” А мне не стыдно. Да, живу во всем за счет немцев.А кто моих теток в Белоруссии поубивал? Где дед погиб с двоюродным дядей? Правильно, на войне погибли. Пусть немец платит. Я не ворую, пусть будет довольны, а я довольна, даже очень.

Андрей Щербинин


Verfasst von:
Maria Stroiakovskaya




Комментариев пока нет ... Будьте первым, кто оставить свой ответ!