«Нет ничего глубже и увлекательнее человеческой души…»

Интервью номера


Текст: Евгений Виткин-Дранков

Имя настоятеля храма св. прав. Иоанна Кронштадтского протоиерея Сергия Бабурина хорошо известно большинству наших соотечественников, живущих в городе на Эльбе.
Наша беседа с отцом Сергием, как обычно называют настоятеля прихожане, происходила в его служебном кабинете. Здесь все: массивная Библия на письменном столе, картины, портреты патриарха Кирилла и других иерархов Русской Православной Церкви на стене — свидетельствует о вкусе хозяина и его административной связи с Русской Церковью.

А началась наша беседа с разговора о появившемся на экранах страны в годы перестройки фильме грузинского режиссера Тенгиза Абуладзе «Покаяние», в корне изменившем отношение многих из нас к религии.

— В фильме «Покаяние» звучит фраза о необходимости найти дорогу к храму, и о том, что первый шаг на этом пути — покаяние. Как Вы понимаете эту проблему, причем не только в церковном, но и в общечеловеческом смысле, и как лично Вам удалось эту дорогу найти?

— У проблемы, которую Вы затронули, много аспектов, но если выделить главное, то Храм — это прежде всего место встречи с Богом. Повеление создать храм, как сказано в Библии, мы слышим от самого Бога. Я думаю, что режиссер Тенгиз Абуладзе имел в виду потребность человека найти смысл бытия в своих отношениях с Творцом. Это можно понимать и в общечеловеческом смысле. Ради тех, кто ищет Творца, и создавал Господь наш мир. Вы правильно подметили связь этого поиска с покаянием. Слово «покаяние» на греческом языке означает изменение своего ума и изменение взгляда на жизнь.
Что же касается моей дороги к храму, то тут особый случай. Мне было 3 года, когда моя мама нашла дорогу к храму. Поэтому я вырос в церковном окружении, в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре. Многое я потом переосмыслил и впоследствии моя религиозность стала осознaнным выбором, но мои первые детские впечатления, связанные с Лаврой, пожалуй, одни из самые ярких духовных переживаний.

— Я слышал от ваших прихoжан, что Вы в своих проповедях часто рассказываете о Христе, о древниx пророках и апостолах так ярко и увлекательно, что у слушателей возникает ощущение, что Вы сами жили в то время и были лично знакомы со всеми библейскими персонажами. Не кажется ли Вам, что священнику, как и людям творческих профессий, необходимо обладать художественным воображением, даром импровизациии и в какой-то мере — навыками ораторского и актерского мастерства?

— Вы абсолютно правы. Все, перечисленное Вами — неотъемлемая, хотя и второстепенная, составляющая нашего служения, но используем мы все это не в плане лицедейства, а лишь для того, чтобы лучше донести до верующих наши мысли и чувствa.

— Ваш Храм освящен в честь святого праведного Иоанна Кронштадтского. В советские годы о нем всегда говорили лишь в негативном плане. А между тем, это был яркий, талантливый и очень гуманный человек. И все-таки почему Храм, настоятелем котоpого Вы являетесь, носит его имя?

— Иоанн Кронштадтский был всю жизнь непримиримым борцом с ревoлюционным движением, постоянно пророчески предупреждал, что оно уничтожит Россию. Поэтому советская власть делала все, чтобы очернить его имя и даже уничтожить память о нем в народе. В Ленинграде верующие всегда шли к стенам Иоанновского монастыря на Карповке, где был погребен Кронштадтский батюшка. Мы назвали храм его именем, потому что он — один из самых выдающихся пастырей в истории Санкт-Петербурга, города-побратима Гамбурга.
С его примера во всей России начинается широкое социальное служение Церкви. Хочу обратить Ваше внимание на одну интересную деталь. У нас в храме перед входом в алтарь есть фреска, посвященная важнейшим событиям в жизни отца Иоанна. На одном из фрагментов фрески изобpажен момент, когда отец Иоанн Кронштадтский исцеляет иноверку. Это не чья-то выдумка, а реальный факт. Хорошо известно, что этой исцеленной молодой еврейкой была бабушка знаменитого православного священника Александра Меня.

— В связи с этим у меня к Вам еще один вопрос: как Вы относитесь к Александру Меню, и что привлекает Вас в нем?

— В Александре Мене меня привлекает то, что он, подобно Иоанну Кронштадтскому, был человеком, во многом опередившим свое время. Его не страшили никакие гонения и угрозы. А его труды и написанные им книги актуальны и в наши дни. Но самое главное, что вызывает мое почтительное отношение к нему, — что он остался верен своему долгу священнослужителя до самого смертного часа.
На месте трагической гибели отца Александра Меня воздвигнут храм, при котором открыт мемориальный музей, где хранятся его личные вещи и документы, связанные с его деятельностью. Я дружу с племянником Александра Меня — отцом Виктором Григоренко, который служит священником в том самом поселке Семхоз, где когда-то жил и трагически погиб отец Александр Мень.

— Однако вернемся к основной теме нашей беседы. Ведь первые детские впечатления, связанные с Троице-Сергиевой лаврой, определили впоследствии весь Ваш жизненный путь. Закончив Семинарию, а затем и Духовную Академию, Вы стали священником в одном из приходов Московской епархии. Затем в Вашей судьбе произошел крутой поворот, и Вы переехали из Москвы в немецкий город Гамбург. Расскажите, если можно, подробнее о своей жизни, о том, как началась Ваша пасторская деятельность в нашем городе.

— Когда я в 2003 году был назначен Священным Синодом Русской Православной Церкви на служение в Гамбург, у нашей православной общины не было постоянного церковного помещения. Богослужения проводились в лютеранском молитвенном доме, что было крайне неудобно и обременительно с точки зрения очень высокой арендной платы.
Мы начали искать более подходящее помещение и вскоре нашли его. Это была лютеранская кирха возле станции метро Messehallen. Нашей общине удалось приобрести в собственность этот храм, выкупив у города земельный участок на котором она стоит. Необходимые средства выделил тогда митрополит Кирилл, будущий патриарх Московский и всея Руси. Средства же на ремонт храма и его благоукрашение собирали всем миром. Были у нас и благотворители, но очень много сделали наши усердные и очень ответственные прихожане.
Митрополит Кирилл в 2007 году принял участие и в освящении храма. А через несколько лет после этого события, рядом с храмом был построен наш духовно-культурный и образовательный центр, названный Домом Чайковского. В нем работают кружки по интересам для взрослых и детей. У нас очень серьезно преподается русский язык и литература для детей, действуют художественная школа и театральная школа Елены Зотовой. На сцене концертного зала проводятся лекции, конференции, выступают популярные артисты и творческие коллективы, проводятся международные музыкальные фестивали «Дни Чайковского» и «Романсиада».
Есть в деятельности «Дома» еще одно направление — медицинское. Остеопаты и физиотерапевты из реабилитационного центра в сотрудничестве с врачами Эндоклиники делают все, чтобы помочь пациентам с заболеваниями опорно-двигательного аппарата и суставов, причем не только из Гамбурга, но и приезжающим из России, Украины и других стран.
Для строительства этого дома наша община взяла огромный банковский кредит, который нам очень непросто возвращать. Кратко скажу и о нашем проекте Православное кладбище Гамбурга. Это парк и комплекс деревянной архитектуры. Дважды в месяц в небольшом деревянном храме совершаются богослужения, после которых мы имеем возможность пообщаться за чашечкой чая.

— Расскажите, пожалуйста, о Вашей личной жизни. Какой Вы в быту, в семье? Собираются ли Вaши cыновья пойти по Вашим стопам?

— Что касается моей личной жизни, то она практически полностью связанa с заботой о наших храмах и Доме Чайковского. Большоe хозяйство требует многих хлопот. Я почти каждый день работаю в нашем церковнoм бюро. При необходимости вместе с другими батюшками выезжаем к больным, нуждающимся в нашей поддержкe, посещаем гамбургские тюрьмы. К сожалению, в семье я провожу меньше времени, чем хотелось бы. У меня большая и очень дружная семья. Пока никто из моих детей не проявил желания пойти по моим стопам, а подталкивать к этому я никого не хочу.

— Как Вы проводите свой отдых, чем увлекаетесь на досуге, еcть ли у Вас свое хобби?

— Раньше у меня было много увлечений, но теперь для них у меня не осталось времени. Осталась любовь к книгам и спортивный досуг с детьми. Мы с супругой и детьми любим путешествовать пo историческим и духовно значимым местам. В заключение скажу, что чем больше служу, тем больше убеждаюсь, что нет ничего интереснее, глубже и увлекательнее человеческой души, и по мере приближения к ней все остальное, что раньше сильно занимало, меркнет все больше.

— Ваши слова, отец Сергий, что нет ничего увлекательнее человеческой души, вселяют надежду. Спасибо Вам за искреннее и откровенное интервью. Успехов Вам во всех Ваших задумках и начинаниях. Дай Бог, чтобы в глазах, сердцах и душах людей всегда сиял целебный и спасительный свет Любви, Доброты и Милосердия.


Verfasst von:
Maria Stroiakovskaya




Комментариев пока нет ... Будьте первым, кто оставить свой ответ!