Ночь в Париже


В июне 1985 г. Бельгия, Германия, Люксембург, Нидерланды и Франция подписали соглашение о безвизовом, свободном перемещении граждан в зоне этих стран. Зону назвали  Шенгенской по географическому пункту, где произошла договорённость. Свои двери стали открывать и другие европейские государства.
Одновременно с этим и в СССР начались процессы в духе времени. Перестройка ещё более раздвинула «железный занавес». Через него стали проникать не только государственные руководители, но и «товарищи учёные, доценты с кандидатами». Специалисты  метростроения приглядели у немцев замечательный проходческий щит для сооружения линии московского метро под речкой Яузой. Подобные щиты в водонасыщенных грунтах работали  в  Гамбурге   на объекте института DESY   (кольцевой тоннель-ускоритель частиц высокой энергии), в Антверпене (тоннель метро под рекой Шельда) и в Лилле (тоннель метро ). Фирма-разработчик щитов предложила осмотреть эти машины в действии.
Перед командировкой  мы прошли инструктаж в ЦК КПСС. Там нас попросили  не  идти  в разрез с линией партии по борьбе с  алкоголизмом и не увлекаться спиртными напитками. Рекомендовали отказываться также от подарков, но если придётся взять, чтобы   не обидеть хозяев,  по возвращении подарки дороже 50 рублей  придётся сдать. Предупредили, что в принимающей стороне могут быть всякие личности, поэтому язык надо держать за зубами. Мы кивали в знак согласия и в сентябре 1986 года вылетели во Франкфурт-на Майн.
Первым объектом был тоннель под Шельдой и мы отправились в Бельгию  на микроавтобусе  гостеприимных хозяев. Они сообщили о недавнем упрощении пересечения границ. Немецкие машины здесь не останавливают. Но мы посчитали необходимым сделать отметки в своих паспортах. Представитель фирмы потратил на это десять минут и вот мы уже едем по Бельгии. В тот год мир потряс энергетический кризис, а здесь  на любых дорогах светили столбы электрического освещения. Переночевав в  отеле, мы спустились  в  строящийся подводный тоннель. Получив о щите определённые представления,  двинулись  к Франции. На границе с ней также сделали в паспортах отметки. Лилль оказался рядом. Пару часов затратили на знакомство со стройкой и повернули на восток. Назавтра  в Гамбурге намечен визит на стройку ДЕSY. Кратчайший путь  туда лежит через Бельгию.
Шеф немецкой группы вновь направился с советскими паспортами в бельгийскую таможню и вскоре вышел оттуда расстроенный. Он сказал: «Я вам советовал  использовать
возможности Шенгенской зоны и не возиться со штампиками в паспортах. А теперь вас через границу не пускают. Ваш МИД оформил одноразовую визу, вы использовали её, выехав сегодня из Бельгии». Честно говоря, мы не очень испугались. Шеф продолжал: «Если господа не возражают, выход таков. Едем в Париж, там ночуем и утром летим в Гамбург». Естественно, «господа» не возражали против того, о чём мечтали. Из телефонной будки был заказан  отель   и авиабилеты. Разворачиваем наш микроавтобус  на запад и через пять часов мы в Париже. Немцы прекрасно ориентировались в городе а мы называли объекты,  с которыми каждый человек знаком, хотя бы заочно. Метростроевцы не могли пропустить и  подземку. Вагон  метро был набит битком. В моём кармане оказалась рука воришки. Всё закончилось благополучно. Ценности лежали в  недоступном месте. Осмотр города закончили под утро в салоне Рено. Вначале мы сфотографировались на фоне новейших машин фирмы,  выставленных в качестве рекламы. Затем поднялись в ресторан к очень позднему ужину. Разместились за двумя столиками. Вдруг ко мне подошёл официант и протянул  какой-то неясный предмет. Я замотал головой, он отошёл. И тут я опознал свой  кожаный очечник,  встал и, догнав официанта, отобрал свою собственность. Сидевший рядом помощник   министра по внешнеэкономическим связям был удивлён, почему я не взял потерю а пошёл за ней и почему официант принёс её именно мне и т. д. Немецкие коллеги во время этого допроса по-русски деликатно уставились в меню.
Сразу после нашего ухода из салона в нём прогремел взрыв. Об этом я узнал  из   газеты «Правда»уже дома. Убиты два полицейских и искорёжены выставочные машины. Зазвонил телефон и помощник министра стал мне об этом рассказывать. А я заметил, что мой  очечник   к терракту никакого отношения не имеет. Видимо, высокопоставленный коллега поверил, иначе в следующем году мы с ним вдвоём не оказадись бы в Гамбурге. Там окончательно договорились о покупке немецких щитов.
Недавно благодаря Шенгенской визе я за сутки  побывал в  четырёх странах. Но если бы  25 лет назад виза  сработала,  нас бы впустили в Бельгию, и  я не испытал бы радость  Парижа. Потом  бывал  там дважды, но такого эмоционального возбуждения  уже не испытывал.

Михаил Прудовский.  Гамбург.

 


Verfasst von:
Maria Stroiakovskaya




Комментариев пока нет ... Будьте первым, кто оставить свой ответ!